Импорт продолжит «плестись» за слабым внутренним спросом, цены на сырье не смогут поддерживать экспорт в этом году

Станислав Мурашов, микроаналитик Райффайзенбанка

В апреле импорт из стран дальнего зарубежья перешел к росту в годовом выражении в долларах (+5% г./г. против -2,9% г./г. за 1 кв. 2019 г.), но это стало результатом эффекта низкой базы прошлого года. При сохранении текущей месячной динамики в мае-июне увеличение импорта составит ~2,5% г./г. за 2 квартал 2019 года. Рост в апреле в первую очередь был поддержан восстановлением инвестиционного импорта (+2,4 п.п. к годовым цифрам), не менее заметный рост был зафиксирован и по позициям химии (+1,2 п.п.).

Тем не менее на фоне сохранения в целом слабого внутреннего спроса перспективы устойчивого роста импорта остаются под вопросом. Основным источником неопределенности является ход исполнения нацпроектов (с серьезным уклоном в инвестиционные расходы). И хотя, как мы полагаем, в целом политика нового майского указа не носит характера явной экспансии (прогнозный рост расходов бюджета ожидается Минфином в рамках прошлых лет), сдвиг в сторону инвестиций (которые гораздо сильнее зависят от импорта) все же может проявиться в ближайшие 1-2 года. Однако вряд ли эффект на импорт будет быстрым: исполнение расходов идет достаточно медленно, и влияние на экономику, если и будет заметно в этом году, то только ближе к его концу (4 кв. 2019 г.). В целом мы ожидаем лишь умеренного роста импорта по итогам 2019 г., на уровне 1-2% г./г.

Темпы роста экспорта товаров за 1 квартал 2019 года заметно просели в стоимостном выражении (1,4% г./г. против 19% г./г. за 4 кв. 2018 г.). В числе основных причин — динамика цен на нефть (Brent за 2018 г. в среднем подорожала на 30%, тогда как за 1 квартал 2019 года она подешевела в среднем на 5% г./г.), из-за чего стоимостная компонента нефтегазового экспорта заметно сжалась (по итогам 2018 года экспортные нефтегазовые цены выросли на 30% г./г., а по итогам 1 квартала 2019 года — лишь на 0,6% г./г.). Похожая ситуация произошла с экспортными ценами на черные и цветные металлы, что привело к снижению стоимостного объема металлургического экспорта.

Согласно нашим прогнозам, запас для роста цен на нефть в этом году практически исчерпан (в среднем за год мы ожидаем 68,8 долл./барр., т.е. в оставшиеся месяцы цены вырастут максимум до уровня 70 долл./барр., что будет ниже уровня 2018 года). Кроме того, в свете эскалации торговых споров между США и Китаем высока вероятность падения мировых сырьевых цен, что лишь ухудшит потенциал для роста сырьевого российского экспорта.

Интересно, что несырьевой экспорт по итогам 1 квартал 2019 года также показал слабые результаты: например, по позициям машиностроения зафиксировано снижение г./г. Однако мы не исключаем, что ситуация в этом — следующем году для машин и оборудования может поменяться: с одной стороны, наращивание несырьевого экспорта является одной из задач майского указа, а с другой — рост может быть обеспечен военной продукцией (однако здесь встает вопрос о качестве этого роста, так как может повториться ситуация 2018 года, когда продажи военного оборудования частично осуществлялись на нерыночных условиях).

Неплохие шансы на рост экспорта физических объемов продукции сельского хозяйства: этому поспособствует очередной год хорошего урожая в России. При этом падение мировых цен на пшеницу не должно нивелировать рост физических объемов: после падения в 1 квартал 2019 года консенсус-прогноз Bloomberg предполагает их восстановление до средних уровней прошлого года.